Миша Котка
Читайте еще
Шульман: «Когда Лукашенко обнаружил, что его IT-сектор восстал против него, он этих людей уничтожил»
Конвейер репрессий. Освобожденных политузников, оставшихся в Беларуси, серьезно ограничат в правах. В день, когда помиловали политзаключенного Даронина, его жене дали 8,5 лет колонии
Фотофакт. Весенний «милицейский вайб» в Минске
«Красоўкі мне прынёс палкоўнік». Валянцін Стэфановіч — пра пяць гадоў у ізаляцыі і вызваленне
Шейман и его спутница скупают землю в крошечной деревне
«І змярцвела б, быць можа, краіна, каб не ўсмешка твая, Кацярына, не біблейскі – за кратамі! – твар»
Избранное
Осужденные по «делу Гаюна» и «делу дворовых чатов». Кто еще в списках освобожденных политзаключенных
Аргумент №1: Отношение к войне
«Самае страшнае. І што мы маем на сёння?»
«Я искренне не понимаю, как развить патриотизм преподаванием математики»
У кого-то «мозгов нет», кто-то «помалкивает». Так Лукашенко сам оценивает высокопоставленных чиновников
«Доброжелательный сексизм беларуского государства»