Класковский: «Вот говорят: Координационный совет — детская песочница. Хорошо, а где тогда «взрослая песочница»?»

Бабарико, пытавшийся стать соперником Александра Лукашенко на выборах 2020 года, объяснил нынешнюю позицию своей команды так: «Мы считаем, что прежде, чем участвовать в выборах в КС, необходимо изменить принципы формирования и взаимодействия всех институциональных органов демократических сил в эмиграции, на базе парламентско-президентской республики, обеспечивающих независимость, прозрачность и подотчетность всех этих институций».

Вдобавок ко всему автор поста сообщил: «Мы пытались перенести данные выборы на осень, чтобы была возможность подготовить и согласовать данные предложения со всеми заинтересованными сторонами. Однако нам это не удалось».

Тем временем другой бывший политзаключенный — методолог Владимир Мацкевич тоже предложил отодвинуть выборы на осень, поскольку «сейчас они не подготовлены». Он предлагает реформировать «протопарламент»: изменить правила и регламент его формирования, вдвое сократить число делегатов, отказаться от формальных квот и т.д.

Боятся, что не одолеют проходной барьер?

Демарш бабариканцев уже успел подвергнуться резкой критике. Павел Латушко, заместитель Светланы Тихановской в Объединенном переходном кабинете (ОПК) и лидер крупнейшей фракции «протопарламента», заявил: «Я впервые слышу о том, что кто-то пытался перенести выборы в КС на осень». В подобном духе высказался и спикер КС Артем Брухан.

Но прежде всего Латушко удивлен самим фактом отказа, притом что «самым демократичным способом верификации и определения уровня поддержки избирателей для любой политической партии являются демократические, свободные, открытые выборы».

Соратник Латушко по фракции Юрий Губаревич и вовсе поддел Бабарико: мол, не в том ли причина, что его структура опасается не преодолеть проходной барьер на выборах в КС? Для справки: этот барьер — 3%.

Есть ли у Бабарико такие опасения, мы не знаем. Но давайте прочтем его пост дальше: «В настоящий момент мы не видим возможности обеспечить эффективность КС и, соответственно, целесообразности своей деятельности в его рамках».

Пожалуй, это вполне откровенное признание. С ним перекликается заявление «Блока Прокопьева — Егорова», который не видит «возможности реализации собственных долгосрочных целей», а также целей представляемых им организаций, через участие в КС.

Скандалы заслонили остальное

Таким образом, можно сделать вывод: эти политические субъекты отказываются от выборов прежде всего потому, что КС в его нынешнем состоянии не представляется им хорошо работающей площадкой.

И для такой оценки, пожалуй, достаточно оснований. Критики забросают вас примерами скандалов, которыми «прославилась» эта злосчастная структура, — от выхода из нее как отдельных делегатов, так и целых фракций, до таинственного исчезновения бывшего спикера Анжелики Мельниковой вместе с крупной суммой общественных денег.

А вот на другую чашу весов что положить? Приверженцы КС козырнут: вот, наша делегация участвует в работе ПАСЕ, Конгресса местных и региональных властей Совета Европы и т.д. Спору нет, это тоже важно — как минимум для того, чтобы беларуская тема не уходила из европейской повестки.

Но рядовой беларус, даже если он противник лукашизма, как правило, далек от этих заседаний в заграничных интерьерах, не видит, как резолюции с выражением глубокой озабоченности влияют на его жизнь и перспективы смены режима.

К слову, пиар деятельности КС хромает на обе ноги. А СМИ, естественно, клюют прежде всего на жареное.

Всё узурпировали Тихановская да Латушко?

Те, кто хлопнул дверью этой институции, могут излить множество претензий к ней. Мол, правит бал группировка Латушко, альтернативные мнения зажимают и пр. В прошлом году, например, фракция «Воля» вышла из КС после того, как там не набрало кворума ее предложение ввести в этой структуре процедуру проверки на полиграфе.

Не всех удовлетворил и февральский отчет перед КС главы ОПК Тихановской. Вадима Прокопьева, например, задело уже то, что она заняла место в президиуме, а не напротив.

Тихановская посчитала вопрос техническим, но ее ярые оппоненты полагают, что эта деталь символична. Мол, демлидер и ее команда в принципе уклоняются от надлежащей подотчетности «протопарламенту». И вообще-де скомкали слушания, не позволив задать все заготовленные вопросы.

Парой недель позже «Блок Прокопьева — Егорова» (фракция «Беларусы») вышел из КС. При этом было заявлено: «Текущее устройство демсил не приближает смену режима и демократизацию Беларуси. Значительная часть акторов ориентирована на сохранение статуса-кво и имитацию процесса».

Мысль Бабарико, что отношения между органами демсил следует строить «на базе парламентско-президентской республики», тоже можно трактовать как намек на чересчур сильное «президентство» Тихановской в ущерб полномочиям «протопарламента». Также в заявлении бабариканцев читается тезис, что сейчас органы оппозиции не являются независимыми, прозрачными и подотчетными.

Школа демократии или чемодан без ручки?

Кризис в КС начался не вчера. Были попытки эту институцию реформировать. Скептики полагают, что это гиблое дело. Мол, создавался этот орган в совершенно иной, бурлящей ситуации 2020 года — с расчетом, что мирная революция приведет к транзиту власти. А поскольку революция проиграла, то и миссия КС неактуальна. Грубо говоря, это чемодан без ручки.

Из лагеря адептов КС вы услышите иное: мол, мы выстроили в эмиграции систему институтов, этакое альтернативное государство, в котором каждый элемент важен. Наконец, это просто школа демократии для светлой Беларуси будущего.

Не буду расставлять точки над і в этом споре. Замечу лишь, что Бабарико и его команда отнюдь не ставят крест на КС. Они — за реформирование и этой структуры, и всей системы органов политической эмиграции.

Если отбросить витиеватость формулировок, то позиция бабариканцев выглядит так: КС не тот, каким мы хотели бы его видеть, поэтому мы пас. Похожий подход и у «Блока».

Но здесь возникают как минимум два вопроса. Во-первых, если вы не идете в плохой КС, то кто сделает его хорошим? Ведь чем слабее конкуренция на выборах, тем больше шансов сохранить и даже укрепить свои позиции у так не любимой кое-кем группировки Тихановской — Латушко. Впрочем, кто бы ни победил — зачем этим людям ломать то, что принесло им успех?

По идее, рьяно бороться за максимум мест в КС должны как раз те, кто хочет его перестроить, перезагрузить. Чтобы иметь плацдарм для реализации своих реформаторских планов. Иначе получится порочный круг.

А если идеальная реальность не наступит никогда?

И второй вопрос. Если КС — негодная площадка, то где годная? Чем и на базе чего планирует тогда заниматься та же партия «Разам»? Которая, как едко замечает Латушко, не была зарегистрирована и ни разу не участвовала ни в каких выборах.

В 2020 году это был проект, задуманный именно под Бабарико в расчете, что после президентской кампании удастся интегрироваться в беларускую политическую систему, бороться за влияние в парламенте.

Но Александр Лукашенко перечеркнул эти планы, разгромил протесты и зачистил политическое поле внутри страны. Сейчас там свирепствует реакция, репрессии запугали население, оппозиционная активность в принципе невозможна.

Да, в 2020-м экс-банкир собрал внушительное число подписей за свое выдвижение кандидатом на президентские выборы. Масса политических неофитов увидела в этом успешном менеджере с добродушным лицом реальную альтернативу надоевшему автократу.

Но в ту же реку не войдешь дважды. Сейчас перспектива демократических перемен в Беларуси призрачна, достучаться до потенциального электората внутри страны весьма проблематично. Да и можно ли называть электоратом тех, кто на самоназначение диктатора никак не влияет?

Воздействовать на людей внутри страны сейчас сложно даже по, условно говоря, техническим причинам: нежелательные для властей источники информации и агитации блокируются, за обращение к ним людей наказывают. Но еще важнее причины чисто политические: масса беларусов, не рассчитывая на перемены в обозримом будущем, ушла в личную жизнь. Да и в эмиграции многие погружены в проблемы выживания.

Вот говорят: КС — детская песочница. Хорошо, а где тогда «взрослая песочница» для выброшенных из страны остатков оппозиционных партий? Ни «Разам», ни другие субъекты внятного ответа на этот вопрос не дают.

Впечатление такое, что иные оппозиционные деятели ожидают некоего чудесного окна возможностей. Но эта идеальная реальность может не наступить никогда.